— Круто. Очень красиво и соблазнительно. Но трахаться все равно еще рано. Погоди еще годик, ладно? — Ну почему, блиииин? — Потому. Ты хочешь, чтобы я откровенно с тобой поговорил? — Ну... вообще-то я не против. — Ладно. Полезай сюда. Пристегнись только, — я впустил ее на переднее сиденье, сел за руль, и мы поехали. — Понимаешь, Алька... короче говоря, в твоем возрасте я спал со всеми подряд. Вот и с твоей мамой... А теперь мне противно. Противно вспомнить, понимаешь? — Понимаю. Мне самой противно про маму вспомнить, она такая зануда...

Первый подошел Ленька с торчавшим из ширинки членом, он начал возбуждаться увеличиваясь с каждой секундой. Я села перед ним на корточки и открыла рот. Он не смело приблизился и не решался дальше действовать. Я дернула его за торчавший член и притянула к себе. Положив его в рот я почувствовала капли свежей мочи. Не обращая внимания я начала сосать его. Он встал в полную силу и начал пульсировать. Несколько заглатываний хватило, что бы он начал кончать. Сперма сильными толчками била мне в горло, не справляясь с таким напором я оторвалась от него и две струи брызнули мне на лицо и на волосы. От первого в жизни минета Ленька кончил очень быстро...

После того как я была раздета он лег рядом и начал рассматривать меня. Гладить шею, плечи, руки, грудь, живот опустился к моей мокрой девочки. Он нежно проводил пальцами по половым губкам, размазывая мою влагу, раздвинул их и немного запустил пальчик в мою кисоньку, мокрым пальчиками начал нежно и медленно гладить клитор, немножко нажимать на него. Тем временем он облизывал мой набухший сосочек, немножко покусывал его, то просто смотрел, как мое тело извивается от удовольствия, слушал нежные вздохи...

У меня в душе какое-то торжественное настроение. Сейчас. Сейчас эта девочка станет женщиной! И я начинаю входить. Левой рукой я держу ее за плечо, а правую руку подсунул под ее ногу и держу, чтобы она не начала ее сдвигать. Опять я ощущаю, как член уперся во что-то, тело девочки напряглось и подалось чуть-чуть назад, но я придержал ее рукой и надавил сильнее. Членом я ощущаю, что он уперся в преграду, но преграда сжимает его только по диаметру головки. И вот Он прошел. Девочка вскрикнула, сжала губы и на ее закрытых глазках появились слезы и почти сразу же легкая полуулыбка. Я чуть — чуть придержал себя, а потом медленно стал вводить в нее глубже и глубже. Как я столько терпел, чтобы не кончить? Я уже и не знаю и не помню. Может быть, сказалось перевозбуждение? В памяти осталось четкое воспоминание как я кончил в нее...

Освободив девушку от одежды, я с восхищением любовался ее стройным телом. Она лежала передо мной беззащитно и доверчиво. С наслаждением я пробежался кончиками пальцев по животу, по гладкому лобку, приближаясь к ее щелке обрамленной пухленькими губками. Кожа Тани была горячая и бархатная на ощупь. От избытка чувств я глубоко вздохнул. Взял ее на руки и перенес в спальню. Она не сопротивлялась. Нагнулся над ней и стал целовать ее лобок, спускаясь вниз и приближаясь к ее влажной щелке. Теперь я целовал ее вокруг губок, изредка касаясь их, дразня девушку. Она нетерпеливо подрагивала. Я не стал дальше ее томить, поцеловал ее там, где она хотела больше всего. Лизнул, сначала нежно и ласково, затем сильнее, не стесняясь. Наконец, пришла очередь клитора, ее маленькой вселенной, ее точки существования в данный момент...

Прижимаюсь обнаженной грудью к металлу, твое колено раздвигает мои ноги. Сбрасываю шорты к черту. Кому какое дело? Когда внутри кипит. У тебя есть губы и руки? Я не заметила. Краем глаза вижу самца на Харлее, которому темноволосая нимфа делает минет. Он подмигивает то ли тебе, то ли мне. И потягивает пиво. Кому какое дело? Улыбаюсь в ответ, принимаю тебя. Открываешь дверцу машины, бросаешь меня на сидение. Опираюсь локтями, выгибаюсь тебе навстречу. Кто-то хлопает тебя по плечу...

Снимаешь с меня свитер. По-моему, ты все-таки порвал этот несчастный старый лифчик. Упрямо прокладываешь фарватер, рисуешь на моем теле курс, понятный только тебе. Упругим языком, привыкшим командовать, обводишь соски, отмечая мели. Двумя пальцами проверяешь глубину, заставляя меня выгнуться спиной. Ласкаешь меня изнутри долго и сильно. Слишком долго и слишком сильно, почти насилуя, почти разрывая плоть. Но я так давно одна, и мне нравится это наслаждение на тонкой грани боли. Мышцы сладко сжимаются от забытого ощущения живого. Не хочу деликатности, хотя уверена: ты умеешь быть нежным. Снизу поднимается цунами, грозя затопить вверенное тебе судно. Кусаю губы почти до крови. Если я закричу, Гус запросто снесет палатку...

Он прижимает меня к себе, ныряя лицом в ложбинку между грудями. Я чувствую его губы и язык на своей коже. Его руки уже спереди. Он охватил ладонями груди. Совсем чуть-чуть, но сила его рук пронзает мое тело, заставляя спину выгибаться дугой...

Я сама рву блузку, он сам рвет ширинку. Я сама откидываю сидение, он сам откидывает свое. Паркинг, сволочь Мазда, я сказала — паркинг. Я падаю на его тело там, где не мешает долбанный руль. — Говоришь, двести десять? — этот мальчик умудряется взять инициативу...

Она спустила меня с кресла, так что моя задница немного свисала, сама забралась на меня сверху, ее колени касались пола. Поза кстати шикарная, мой член очень глубоко упирался в нее. Я начал двигаться быстро наращивая темп. Ее силиконовые сиськи подпрыгивали вместе с ней, она стонала и выгибалась. Я крепко держал ее за талию и пытался делать все еще жестче, сильнее насаживая ее на мой член...

Боже, как он классно целовался. Не скажу, что мой муж плохо целуется, но с ним поцелуи уже слегка приелись, да и их уже давно не было. А тут лес, где-то недалеко река, ночь и мужчина целует меня так, словно я принадлежу ему. Голова закружилась, ноги слегка подкосились, и я непроизвольно вцепилась ему в руку, сильнее, чем хотелось бы. Он сразу воспользовался этим жестом и обнял меня, да так, что в голове еще больше зашумело. Теперь я целовалась уже не так романтично, а жадно, впиваясь в губы. Его руки стали смелее, он опустил их ниже, сначала на низ спины, а потом и на мою попу. Я стала задыхаться от волнения, потекла...

Насаживая ее на член, я нагнулся к ней: «Ты была такой развратной, что я чуть не кончил, только наблюдая за тобой. Молодец. Теперь сделай тоже самое, только со мной!» Сначала медленно, потом все активнее, Лена стала двигать своей попкой, трахая меня. Это было великолепно! Конечно, я ей помогал. Мы с ней стали едины! Меня захлестнула пелена дикого желания. Лена превратилась в мое продолжение. Казалось, я проникаю в нее, до самого сердца! Кульминация пришла, как освобождение от этой сладкой пытки! Сдавливая ее в своих объятиях, я прижал ее тело к себе, как можно плотнее, изливаясь в нее! Прошла целая вечность, прежде чем я отпустил ее. Со стоном она сползла на пол, глубоко дыша. В этом момент лицо у нее было как у мадонны с картин эпохи возрождения. Сейчас я любил ее...

Санек наклонился над Ольгой и тихонько убрал в сторону край одеяла, полностью обнажив молодую женскую грудь с крепкими сосками. Оля даже не пошевельнувшись, продолжала спать. Дыхание ее было все также ровно. По всей видимости от тех сладких снов, которыеона в настоящий момент смотрела, из ее влагалища проступила слегка белесая слизь, обильно смочившая половые складки. Парни как завороженные смотрели на это, их члены уже стояли. — Ага, вот так... — Витя, уже сделавший несколько крупных планов и запечатлев свою рожу на их фоне, свободной рукой расстегнул молнию на джинсах. Достав свой топорщившийся член, стал его неспеша подрачивать. — А вдруг проснется? — испугался Санек, у которого тоже лопались штаны — Не ссы, вишь как дрыхнет? Хоть из пушек пали! — ухмыльнулся он...

— «Ромочка, миленький, ну быстрее! Муж уже идет!» — я отчаянно задвигала задницей, пытаясь побыстрее вызвать эякуляцию, и к счастью это сработало-"пистолет» наконец выстрелил несколькими толчками, выпуская в меня свой «боезаряд» и подождав с полминуты пока он окончательно затихнет, я разогнулась соскакивая с его ствола. Пока Роман натягивал и застегивал штаны, пряча свой еще полустоящий «хобот», я судорожно соображала что мне делать. Если сделаю пару шагов, из меня начнет капать на пол, потому что там была не пара петиных «плевков», а полновесная порция из молодых утренних яиц. Сунув руку в карман халата, я вдруг нащупала там свои трусы и недолго думая вставила и зажала их между ног. Потом комкая и чертыхаясь, начала пальцем засовывать себе во влагалище, пока снаружи не остался только уголок белого шелка...

Некоторое время Сергей стоял и просто смотрел на мое обконченное лицо, слегка вздрагивая от резко накатившего на него расслабона. Затем взял из столика салфетки и нежно протер мое личико. Я долго не могла восстановить дыхание, мысли сплелись в полную кашу. Сергей же не собирался расслабляться и снова прилип губами к моей раздолбанной киске. Повторяя те самые умелые движения рук и язычка он снова управлял моими стонами. Как дирижёр он ловко руководил музыкальным наполнением в кабинете. Совсем немножко оставалось до моего оргазма, я вцепилась в его голову и сильнее прижала к своей киске, мощное торнадо закружило мое тело, мне хотелось кричать, но вместо этого пронзительные стоны вознаградили моего начальника...